Версия для слабовидящих
Саша Чёрный вошёл в историю литературы как блестящий поэт, «язвительный лирик». Но что происходит, когда такому мастеру становится тесно в рамках стихотворной строки? На свет рождается проза поэта — особая проза, в которой узнаётся его уникальный голос и взгляд на мир.
Несмотря на то что прозаическое наследие автора огромно и разнообразно (фельетоны, рассказы, сказки), долгое время оно оставалось в тени его поэтической славы. Однако в прозе особенно сильно проявились черты его творческой манеры:
- «Двуликая маска» повествователя. Как и в стихах, в прозе на первый план выдвигается субъективное, типизированно-личностное восприятие мира. Писатель пристально внимателен к образу рассказчика, будь то циничный «резонёр», наивный солдат или остроумный фокс Микки, через чьё сознание преломляются события.
- Диалог с читателем. Проза построена на подчёркнутой обращённости к адресату. Это живой диалог, вовлекающий читателя, заставляющий его стать активным соучастником.
- Единство лирического героя. Повествователь в его прозе и лирический герой в стихах — во многом один и тот же человек. Мечты, ирония, сарказм и внезапная лиричность, знакомые по поэзии, легко угадываются и на страницах его рассказов.
Предлагаем и вам вспомнить или познакомиться с прозой Саши Чёрного, каждую из представленных книг можно найти в городских библиотеках.
Цикл «Солдатские сказки»
Особое место в творчестве Саши Черного занимают «Солдатские сказки», написанные в стиле своеобразного анекдотически-бытового реализма.
Достоинства этих небылиц не только в сюжете, но и в языке, в непринужденной манере рассказа, воссоздающей бойкую, остроумную народную речь.
Повесть «Дневник фокса Микки»
Меня зовут фокс Микки, я первая собака в мире, умеющая писать. Правда пальцы на лапах у меня не загибаются, но я беру карандаш в рот – и пишу. Сначала буквы были похожи на раздавленных дождевых червяков. Но фоксы гораздо прилежнее девочек. Теперь я пишу не хуже Зины. Зина – это моя хозяйка. Очень я ее люблю. Чудесная девочка!
Ах, что я видел во сне! Будто я директор собачьей гимназии. Собаки сидят по классам и учат «историю знаменитых собак», «правила хорошего собачьего поведения», «как надо есть мозговую кость» и прочие подходящие для них штуки.
А что, если бы был курорт для фоксов? Фоксенбад! Вот бы там открыть собачий кинематограф... Собачьи скачки, собачью рулетку, собачью санаторию для подагрических бульдогов... Почему, почему для нас ничего не делают? У-у-у!
Гав! Опять меня блоха укусила!.. Ненавижу блох. Не-на-ви-жу. Грызут меня целый день, точно я сахарный... Гав-гав-гав!
Собака-поэт, укротитель догов и бульдогов, всеобщий детский друг, чудный и замечательный фокс Микки
Сборник «Кошачья санатория»
В сборник вошли детские повести, рассказы и стихи про котов и кошек — домашних и уличных, вальяжных и непоседливых, покладистых и своенравных... Юные читатели познакомятся с любопытной Маргариткой, наблюдающей за жизнью веселого семейства и постройкой скворечника, деловитым Грымзой, старающимся угодить капризной хозяйке, и ловким котом, обхитрившим мышек. Узнают историю незадачливого Бэппо, оказавшегося в «кошачьей санатории» на площади Траяна в Риме и мечтающего вырваться на волю...
Повесть «Чудесное лето»
Семья маленького Игоря в начале ХХ века эмигрировала во Францию. Мальчику, еще плохо говорящему по-французски, трудно освоиться в чужой стране. И тут судьба делает ему подарок – возможность провести лето в небольшом имении под Парижем...
Выдуманные истории «Библейские сказки»
Это не пересказ библейских сюжетов, не адаптация, а авторская интерпретация и толкование древних притч. В сказках ощутимы личность рассказчика, его миропонимание. Автор умеет завоевать сердца своих читателей и слушателей дружеской интонацией. Кажется, что он держит в своей руке детскую ладошку и рассказывает маленькому приятелю или девочке с бантиками очередную увлекательную историю: «Хочешь сказку?»
Саша Черный ввел Библию в круг детского чтения, вернул религиозным текстам занимательность чудесных историй и народных легенд. Древние притчи развернуты в живые житейские картины, но при этом автор не ушел от изложенной в Библии фабулы.
